Керченская трагедия: мнение психолога.


Керченская трагедия: мнение психолога. Кровавая трагедия в колледже города Керчи никого не оставила равнодушным. Россияне – искренние, добрые и отзывчивые люди, и нет никаких сомнений в том, что они никогда не забудут ни драму подростков и учителей из Керчи, ни все подобные страшные истории последних десятилетий. Но мало оплакивать погибших, мало помогать пострадавшим и проклинать убийцу, важно делать правильные выводы из случившегося, важно предпринимать все возможные меры, чтобы подобные трагедии не повторялись в будущем.

Как это сделать? Поставить во всех образовательных учреждениях вооруженную охрану? Пустая затея. В стране нет такого количества высокопрофессиональных охранников, не будет и денег на достойную оплату их труда. А без этого охранять нашу безопасность будут мало интеллектуальные и дряблые имитаторы. Да и нет смысла перекрывать парадный вход, когда с оружием можно залезть и в окно туалета.

Полностью запретить торговлю оружием в стране? Не реально, да и так же бессмысленно: будут стрелять и взрывать оружием кустарного производства и находками «черных копателей» времен Великой Отечественной.

Каждый месяц делать психологические тесты на агрессию школьникам и студентам? Так все ответы на все тесты давно лежат в Интернете.

Списать все на негативное влияние всяких там заграничных «Колумбайнов», убрать из Интернета весь импортный контент и ликвидировать все подозрительные группы в социальных сетях? Невозможно в принципе.

Что делать? С точки зрения психолога, сначала нужно честно назвать корневые социальные и психологические причины подобных событий. В чем специфика психологии подростков и юношей в возрасте 14-20 лет? В том, что эти молодые люди очень сильно стремятся не просто стать взрослыми, они хотят стать Кем-то в этом мире. Жаждут прогнуть его под себя, еще плохо понимая, кто они есть такие, и что это вообще такое – мир. Этот внутренне противоречивый процесс потери себя Ребенка и обретения себя Взрослого в психологии и педагогике называется социализацией. То есть, процессом нахождения своего места в обществе через понимание самого этого общества и тех его возможностей, которые предлагаются им человеку в исторически конкретный момент времени его взросления.

Так в чем тут проблема? Проблема в том, что думающему и хорошо воспитанному подростку, особенно – парню, нужен не процесс, а результат. Ему важно понимать: в чем конкретно мне предлагают участвовать? Что является целью конкретно моей жизни? Конкретно каким образом этого можно добиться? Кто конкретно проведет меня по этому пути? Кем я буду и стану в результате всего этого? И беда заключается в том, что для многих российских подростков ни на один этот вопрос на сегодняшний момент времени нет ясного и понятного ответа.

Обращаю ваше внимание: практически все молодые люди, которые совершают громкие теракты последних лет или оказываются втянутыми взрослыми в радикальные политические или религиозные движения, не являются двоечниками и прогульщиками. Они не наркоманы и не алкоголики, у них нет корыстных мотивов, они не входят в криминальные группы. Психические расстройства у них, обычно, обнаруживают уже задним числом. Да и не факт, что они есть, так как что такое норма, а что такое патология, для психиатрии все еще является вопросом горячих дискуссий.

По логике некоторых психиатров, в разряд психически больных можно записать огромное число тех людей, кто за прошедшие века жертвовал собой и совершал подвиги на благо Прогресса всего мира и конкретно нашей Родины. А уж про то, что подавляющее большинство ученых, гениев и талантов имели не только психологические, но и серьезные психиатрические проблемы, не писал только ленивый. Биполярное расстройство, при желании, можно приписать любому человеку, который не является полным идиотом.

Как психолог, также хочу отметить: те личные моменты, которые обнаруживаются в биографии зачинщиков трагедий в образовательных учреждениях, ничего особенного из себя не представляют. Как выглядит обычный набор объяснений поведения молодого человека, фактически совершившего суицид, с выраженным стремлением забрать с собой как можно больше чужих жизней? Парню не ответила взаимностью девушка; у него не ладилось с одноклассниками; у него был конфликт с учителем; его родители развелись или плохо ладили друг с другом; родственники и друзья не смогли по достоинству оценить его личность, чем вгоняли в депрессию. Но, скажите мне, пожалуйста: кто из читающих эту статью не проходил что-то из этого списка в собственной юности? Думаю, что не ошибусь, если скажу: подобные морально-психологические проблемы характерны для большинства молодых людей в возрасте 14-20 лет, особенно – парней. Скажу больше: пресловутый процесс взросления и социализации, в том числе и предполагает героическое преодоление данного стандартного набора подростковых личностных вызовов и обретение себя-Взрослого, как победителя в этой бесконечной череде испытаний. Так было на протяжении тысячелетий человеческой истории и продлится, как минимум, еще лет сто, пока мы не получим оцифрованный компьютерный мозг и роботизированные тела.

Что мы получаем? Виновники страшных трагедий – «обычные тихие парни, без какого-то яркого негатива, в меру умные, в целом развитые и воспитанные»; их психологические проблемы одиночества – стандартные; семьи, образовательные учреждения, коллективы учителей и одноклассников – типовые. Так почему же они все чаще берут в руки оружие и самодельные взрывные устройства? Зачем убивают окружающих, а затем кончают самоубийством?

Не буду утверждать, что точно знаю ответ на этот вопрос. Но могу поделиться с вами целым набором высказываний, которые много раз слышал непосредственно от самих подростков, с которыми регулярно приходится работать. От тех самых подростков, которых родители как раз и приводят к психологу, когда вдруг узнают, в каких группах в социальных сетях состоят их дети, какие каналы в ютубе смотрят, о чем переписываются с ровесниками в мобильниках, что в эмоциональном порыве заявляют учителям и т.д.

Что говорят молодые люди 14-20 лет, заявляющие о своей готовности совершить суицид, в том числе – публично, или унеся с собой жизни различных обидчиков. В роли которых для эмоционально неустойчивого от мощных гормональных всплесков подростка могут вступать практически все окружающие:

Первое. Они говорят так (заранее извиняюсь, что воспроизвожу лексику подростков близко к тексту): «Мы не понимаем, ради чего мы должны терпеть и страдать в своих учебных заведениях, дворах, неформальных подростковых

сообществах?! Если бы у нас была уверенность в том, что пройдя полосу бурь и проблем в 14-20 лет и став взрослыми, затем, мы окажемся в спокойном и правильно устроенном мире разумного, доброго и вечного, так это было бы другое дело! Тут можно бы потерпеть годик-другой и придирки, и личное одиночество, и непонимание и «дедовщину» в колледжах. Но ведь, наблюдая телевизор и Интернет, слушая беседы между собой родителей и учителей, мы видим, что мир российских взрослых – это вопиющий хаос, еще похлеще нашего молодежного! Там страданий еще во много раз больше! Это – «дедовщина» на всю жизнь! Там также касты элиты и неприкасаемых, неравенство и предательство, плюс бюрократия, коррупция, воры в законе, измены, разводы, брошенные дети и пустые декларации социальных гарантий. Мы же не слепые, мы же все это видим, слышим и читаем! Мы видим явное наличие огромных проблем во взрослой жизни родителей и учителей, героев теле-шоу и сериалов, но не видим никакой динамики в сторону улучшения ситуации во взрослом обществе! И вы зовете нас там жить?! Просите потерпеть?! Принять эти самые правила, от которых вы сами материтесь? Вы что, издеваетесь? Вы зачем ведете нас в тот мир, в котором сами не можете разобраться, не можете нормально устроить, не можете решить его проблемы? Мы не хотим страдать всю жизнь, пусть лучше это закончится раньше, пока я еще такой, как сейчас: гордый, сильный, независимый в своих суждениях, не принадлежу ни к одному клану и ни к одной группировке! Если же хотите мне помочь, дайте мне такую страну, где буду видеть свет в конце туннеля, где я буду знать, что от меня хоть что-то может зависеть! Где я буду право иметь, а не жить тварью дрожащей, затираемой безнаказанными сверстниками из числа «золотых мажоров» или уголовных гопников-дебилов! Если же не можете мне ее предложить и также не можете показать, как ее такой сделать, и сами этого не делаете, отстаньте от меня! У вас своя жизнь, вот и распоряжайтесь ей, как хотите. А своей жизнью, распоряжусь, как хочу сам. Проживу по своим правилам, уйду молодым и громко, не пачкая себя вашими правилами. Вот так!»

Второе. Они говорят так: «Вы говорите нам: берите себе правильные примеры для подражания! А где их взять? Все кто был достоин подражания, погибли в Революциях или на полях сражений, репрессированы или стали диссидентами. Кого мы видим сейчас в молодежных сериалах? Реальных и не очень интеллектуальных пацанов! Еще хитроватых, простодушных или меркантильно-продажных обитателей универовских общаг, которые не очень рвутся учиться какой-то серьезной профессии! Врачей-интернов, которые никого не лечат, а преимущественно бухают, трахаются и хохочут над страдающими пациентами. Улетные экипажи, где многие шутки и интриги ниже пояса. Охранников из ЧОПов? Пропитых дальнобойщиков? Героев-офицеров, которые возвращаясь с победой из горячих точек, в мирное время проигрывают бандитам, чиновникам и олигархам? И т.д. и т.п. И где именно вы предлагаете нам себя искать? Какую профессию выбирать из перечисленных? Жулика, проститутки, казнокрада, депутатов Пронина и Мамонова, олигарха, слесаря с нетрадиционной ориентацией, мужика беседующего с телевизором, честного нищего гиббддэшника, силиконовую светскую львицу из Инстаграма? Вы хотите, чтобы мы стали кем-то из тех, чьи примеры вы нам показываете с утра до вечера? Вы это называете пресловутыми «социальными лифтами»? Да, фиг вам, а не такие социальные лифты! Да и попасть на шоу типа «Голоса» или «Стенд-апа», пробиться через шоу-бизнес, мы все не в

состоянии. Вот нам и приходится ориентироваться на голливудский стандарт суицидальных героев-одиночек, которые сражаются со всей окружающей гнусной действительностью с оружием в руках и не боятся красиво умереть! На Джейсона Борна, Джека Ричера, Стетхема-Перевозчика, Дивергентов, Соек-Пересмешниц, Джона Хатчерса из «Моста в Терабитию», Дилана О Брайена из «Бегущего в Лабиринте» и т.д.»

Третье. Они говорят так: «Вы думаете, что мы совсем дураки, и не понимаем, что все, что мы учим в школе, в колледжах и вузах, вообще не имеет никакого отношения к реальной действительности, реальным профессиям, реальному зарабатыванию денег и реальной карьере?! Мы все видим и понимаем! Учебники – пустые, оборудование – давно устарелое (токарными станками 1970-х не выточишь смартфон), преподаватели – сами затюканные, несчастные и бедные. Если верить телевизору и Интернету, то деньги и власть получают сейчас не через труд и не через работу, а через родителей, связи или постель. И если у тебя нет крутых родителей, ты не идешь в банду, не хочешь давать или брать взятки или спать с начальником, шансов в этой жизни у тебя просто нет! А потому, призывая нас учиться, слушаться и быть хорошими мальчиками и девочками, вы толкаете нам заведомое фуфло, от которого вас самих тошнит. И что нам остается делать? Только слушать альтернативную музыку, наблюдать комментарии чудаковатых блогеров, зависать в виртуальном мире компьютерных стрелялок и стратегий, идти в ролевики-толкинисты, вести напряженные дискуссии в декадансных закрытых группах в социальных сетях. И из всего этого вообще нет дороги в мир взрослых. Там тупик! И потому мы не хотим становиться взрослыми: влезать в ипотеки, заводить детей, у которых не будет места в детских садах, нормальных социальных пособий, здравоохранения, образования, правовой защиты от Кущевок и т.д. Нам этого не нужно! И если будете на нас давить, вырывать нас из детства, обутого в черные готы-ботинки, и засовывать в вашу взрослую грязь, которую вы уже тридцать лет все не можете вычислить, мы просто сбежим от вас. Уйдем навсегда, взявшись за руки на подоконнике многоэтажки, уехав за границу, или убив друг друга…»

И еще говорят много чего подобного, что из этических соображений не могу привести. Причем, вести с современными молодыми людьми в возрасте 14-20 лет дискуссии на такие темы предельно сложно, иногда – даже критично. Потому что, они могут не иметь глубокой начитанности классической литературы и учебников, но зато телевизор и Интернет дает им такие знания о реальной жизни, которые трудно опровергнуть. Причем знания эти, обычно крайне пессимистические, навевающие беспросветную тоску. Поэтому, как психологу, мне понятно, что без специальной подготовки, разговаривать с такими сложными, но умными подростками не получается ни у родителей, ни у учителей. А больше разговаривать-то с ними некому! Конечно, кроме криминальных элементов и тех, кто стремится забрать их в свое влияние через Интернет и различные запрещенные заокеанские секты и движения.

Разумеется, можно облегченно сказать: Так это же все давно известный и понятный юношеский максимализм! Извечный конфликт отцов и детей! Дети чудят, но, к сожалению, получили доступ к оружию, Интернету и мобильникам. Все отобрать, и будет в наших учебных заведениях тишина и покой! Никакой стрельбы и суицидов.

Да, можно сказать и так. Но все равно необходимо критично признать: Современное российское общество и государство оказались не готовы к тому, что определенная часть нашей молодежи не желает социализироваться, не хочет и не может найти себя в современном взрослом мире. Причем, проблема не в том, что они не принимают взрослый мир как таковой, в принципе. Речь идет не о пресловутой молодежной инфантильности. Подростки не принимают конкретно наш криво устроенный российский проблемный взрослый мир. О котором они, к огромному нашему и их собственному сожалению, узнают слишком много отталкивающих подробностей в свои 14-16 лет, чересчур рано, в переходный период еще неокрепшей психики. По большому счету, это не они не могут и не хотят социализироваться, а мы не можем правильно и мягко организовать этот процесс! И сколько бы мы, взрослые, не писали на передачах возрастной ценз и формат 14+ или 16+ или 21+, все это оказывается уже запоздало: часть не по годам развитых подростков оказывается в шоке от тех тяжелых перспектив, что сулит им взрослая жизнь, а играть по этим правилам они не хотят! Потому сопротивляются, как могут, создавая свои молодежные субкультуры, в том числе, завязанные на суицидах и насилии.

Разумеется, все это совершенно не оправдывает никого их тех молодых людей, кто, заведя себя в эмоциональный тупик, вдруг идет в свое учебное заведением с ружьем, ножом, топором или самодельным взрывным устройством. Такое поведение, от которого гибнут наши ни в чем не повинные дети, сыновья и дочери, наши педагоги и полицейские, никогда и ничего не сможет оправдать. Слезы матерей и отцов всегда безутешны! Но, с моей точки зрения психолога-практика, это означает, что наше общество и государство должно начать внутри себя содержательный разговор на следующие темы, логично вытекающие из тех современных молодежных нигилистических установок, которые я привел выше. В частности:

1.Российская власть и взрослая часть общества должны признать свою прямую ответственность за сложившийся в настоящее время в стране «конфликт отцов и детей». Свою вину за то, что пока не могут решить глубокие общественные проблемы, а потому и не могут создать привлекательную картину взрослой жизни для подрастающего поколения; не могут замотивировать их на бесконфликтное включение в общественную, политическую, экономическую и культурную жизнь; не могут эффективно и поступательно встроить наших детей во все сферы жизни российского общества.

2.Власть и общество должны признать очень опасной ту наметившуюся сейчас тенденцию, когда взрослые получают информацию из телевидения и СМИ, а молодежь – из Интернета. Девиз «долой зомбоящик!» явно раскалывает российское общество по возрастному цензу, создает такие разнонаправленные ценностные установки «свой-чужой» между родителями и детьми, которые ведут к конфликтам и трагедиям. Наши СМИ должны начать лучше отражать реальную действительность, не лакируя ее. Больше показывать ту бескомпромиссную борьбу власти и общества с такими нашими пороками как бюрократизация, коррупция, криминал, социальная незащищенность, бедность и т.д., только которая и сможет повысить уровень оптимизма в нашем обществе, особенно – среди молодежи. Если мы не создадим в российском обществе позитивного настроя на реальность скорых изменений жизни в лучшую сторону, мы рискуем потерять целые поколения нашей молодежи XXI века.

Тем самым, отдав ее под идеологический контроль нередко враждебных нашей стране сил и увеличивая риск новых терактов и трагедий.

3.Кроме совершенно правильной темы патриотизма, российская власть и общество должны предложить молодежи более прикладные и не менее полезные для социализации темы профессионального призвания и признания. Начав ориентировать наше подрастающее поколение на построение в России благополучного развивающегося общества с высочайшим уровнем социальных и правовых гарантий. Идеология национальной независимости должна быть органично дополнена идеологией действительно равных возможностей для тех, кто желает найти себя в бизнесе, науке, производстве, сельском хозяйстве, образовании, экологии и т.д. Министерство культуры и телевизионные каналы должны серьезно расширить тот список профессий, который упорно фигурирует у нас в СМИ и кино. Образы бандитов, чиновников, олигархов, реальных пацанов, тусовщиков и звездных прожигателей жизни (и т.д.) должны потускнеть и уступить место тем профессиям, которые могут обеспечить рост и развитие нашей Родины. Дав молодежи правильные примеры для подражания и конкретные сценарии для выстраивания траектории собственной успешной биографии.

4.Министерству культуры, минобрнауки следует оказать грантовую поддержку тем современным писателям, которые смогли бы в короткие сроки создать такой набор популярных художественных произведений, где примерами для молодежи кроме нынешних мистических персонажей, бандитов, чиновников и олигархов могли бы стать герои, пусть и с гораздо более приземленными, но более полезными для страны профессиями. В которых, также, наглядно иллюстрировались бы именно современные нравственные проблемы, возникающие в среде молодежи и понятные ей.

5.Необходимо продолжить ускоренное реформирование системы среднего специального и высшего профессионального образования, которые пока еще очень оторваны от реальной экономики и не дают тех знаний и профессий, которые могли бы помочь нашей молодежи успешно реализовать свой трудовой потенциал в родной стране, затрудняют ее социализацию и карьерное развитие, рост благосостояния.

6.Возможно есть смысл сократить на один год срок получения среднего образования, так как ввиду информатизации, современная молодежь взрослее заметно быстрее, чем пятьдесят-сто лет назад, и старшеклассники 10-11 классов ментально уже не желают ощущать себя школьниками, тяготея в своем поведении к студентам колледжей и вузов, подавая плохие примеры для подражания подросткам из 8-9 классов, конфликтуя с сдерживающими их порывы к взрослению учителями и родителями.

7.В системе общего, среднего профессионального и высшего образования должны, наконец, заработать неполитические молодежные движения, способные обеспечить работу настоящих, а не имитационных «социальных лифтов» для тех школьников и студентов, что желают активно включаться в преобразование и оздоровление России.

8.Важно приложить дополнительные усилия власти и общества для преодоления кризиса института российской семьи, так как никто и никогда не заменит нашим детям полноценного родительского воспитания в полных семьях. В том числе, существенно увеличив размер детских пособий, решив инфраструктурные проблемы с нехваткой в

стране яслей, детских садов, школ, детских поликлиник и т.д. Также введя в школьную программу не теоретический-отстраненный, а именно практико-ориентированный курс «семьеведения».

9. Специальный курс «Прикладная конфликтология» должен быть введен в старших классах общеобразовательных школ, системе среднего профессионального и высшего образования, как инструмент обучения молодежи правильному разрешению тех кризисных ситуаций, без которых, к сожалению, невозможна современная жизнь.

10.Российская власть и общество должны занять и проводить последовательную политику выдавливания за пределы информационного и культурного пространства страны различные оккультные, мистические, колдовские, экзотерические, религиозные неортодоксальные направления деятельности (астрологию, нумерологию, хиромантию, магию, колдовство, ведовство, экстрасенсорику, различные западные и восточные секты и т.д.), так как это может нарушать духовное и культурное единство нашей страны, создавать опасные психологические перегрузки для неокрепшей психики молодежи, провоцировать ее на радикальные действия.

Разумеется, это далеко не все, о чем важно начать разговор, при анализе трагедии в Керчи. Но даже этого было бы достаточно, чтобы начать снижать риски повторения подобных драм в России. И чтобы вовремя обратить внимание родителей, да и всего российского общества в целом, на то, как меняется психологический и социально-культурный, ценностный портрет современной интернет-молодежи. На то, что общаться с ней, правильно социализировать и вводить во взрослое общество, сейчас следует уже несколько по-другому, на базе новых психологических методик, с учетом тех глобальных трансформаций, что происходят в мире в результате научно-технического прогресса.

Нам нельзя оставлять наших детей, какими бы сложными и внутренне противоречивыми они не были, наедине с теми огромными социальными проблемами, от которых мы сами иногда впадаем в ужас! Они – наши родные дети, наши мальчики и девочки, наши внуки и внучки! Мы должны быть умнее и терпимее их хотя бы потому, что мы старше и их любим. Чтобы они были рядом с нами всю жизнь, а не грустно улыбались с траурных плакатов. И потому нам нужно говорить о том, почему это происходит, как бы стыдно и тяжело нам от этого не было. Таково мое мнение, как психолога и я рассчитываю на то, что я так думаю не один.

Уважаемые родители, будьте внимательны к своим детям, найдите возможность быть рядом с ними в критическом подростковом возрасте, не оставляйте наедине с проблемами! Пусть трагедия в Керчи станет последним подобным испытанием для российских детей и родителей, педагогического сообщества и общества в целом! Пусть пухом будет земля погибшим, пусть быстрее выздоравливают пострадавшие, пусть никто больше не делает «Колумбайнов» из российских образовательных учреждений!

С уважением, д.к.н., профессор, психолог Андрей Зберовский. Контакты: www.zberovski.ru, zberovskiy@mail.ru, тел.:+79266335200


3 ответов

  1. Спасибо!!!

  2. Алена Гапеенко

    Добрый день, Андрей. На правах одноклассницы разреши обращаться к тебе на ты. Все ты правильно написал, согласна практически со всеми мыслями и выводами. Действительно,надо говорить со своими детьми, любя их больше жизни и пытаясь их понять и принять. У самой сын 17 лет, все твои советы пропустила через себя. Спасибо!

  3. Виталий45

    Но «керченских стрелок» мучил котов! И все перечисленные пункты ему по-барабану. Ничего не изменило бы для него их воплощение в жизнь. У него была та же проблема, что и большинства юных террористов (еще с 19-го века) — они никто и звать их никак. Терроризм — единственный способ заявить о себе.
    За четыре года обучения Росляков не смог завести там себе друзей. Пары у него тоже не было. Мстил, я думаю, он не государству, не системе образования, не взрослым, а своим сверстникам, которым завидовал — их компаниям, отношениям с девушками…
    Если бы государство каждому подростку гарантировало друга и подругу, то, конечно, не было бы таких случаев, но это же нереально, насильно мил не будешь.

Оставить ответ